Семен Викторович Юфа вошёл в историю независимой Украины как один из самых ярких персонажей эпохи первоначального накопления капитала. В то время, когда полки магазинов оставались пустыми, а гиперинфляция съедала зарплаты за считаные дни, он сумел построить структуру с оборотом в сотни миллионов долларов и стать символом той дикой, почти безграничной свободы рынка.
Его кооператив «Меркурий» обещал вкладчикам сотни процентов годовых, контролировал доли в крупнейших торговых центрах страны и стал первой организацией, получившей право работать с приватизационными сертификатами. Сам Юфа до сих пор настаивает: это был настоящий кооператив, а не классическая пирамида, и большинство людей получило свои средства.
История этого человека — это одновременно и триумф предпринимательской смелости, и драма столкновения с силой 90-х, и доказательство того, что даже после полного краха можно начать заново.
В начале 1980-х молодой Семен Юфа служил срочную службу на рыбокомбинате в карельском Беломорске. Там, где некому было заниматься тяжёлой работой, он вместе с товарищами выменял на флотский спирт сломанный автопогрузчик, отремонтировал его и предложил услуги комбинату. Заработанные деньги позволили купить однокомнатную квартиру в Киеве — первый серьёзный актив будущего миллионера.
Вернувшись в 1982 году, Юфа устроился поваром в престижный ресторан «Лейпциг» возле Дворца спорта. Официальная зарплата директора заведения составляла 140 рублей, а он уже через несколько месяцев торговал мороженым на улице и зарабатывал более тысячи. Работал по восемнадцать часов в сутки, пока не понял простую истину тех лет: дефицит — это золотая жила.
Вафельные стаканчики для мороженого стали его первым настоящим капиталом. В бумажных советских стаканчиках точка продавала 50 килограммов мороженого в день. В вафельных — 350. Маржа достигала тысячи процентов.
Юфа поехал в Польшу, изучил технологию, нашёл производителя в Шостке и заказал огромные автоматические линии весом почти по 20 тонн каждая. Их поставили возле Олимпийского стадиона, врезавшись в газопровод, который когда-то проложили для олимпийского огня 1980 года. Шесть тысяч стаканчиков в час. Контейнеры шли от Кушки до Владивостока, от Москвы до Одессы. Он первым начал продавать их поштучно — по три копейки. Это уже был не просто бизнес. Это была система, которая работала на всю разваливающуюся страну.
В 1987 году, после постановления правительства СССР о кооперации, Юфа создал кооператив «Олимп». Впоследствии он превратился в потребительское общество «Меркурий». Партнёрами стали Гарри Габович (будущий основатель Lucky.Net) и Александр Пресман. Помогал известный тогда авторитет Виктор Авдышев. Структура работала по принципу, который сам Юфа называл «частным коммунизмом»: деньги вкладчиков вкладывали в реальный товар — шоколад, соки, водку из Израиля, сигареты, а затем перепродавали в Украине с бешеной прибылью через инфляцию.
Дивиденды выплачивали ежеквартально: 65 %, 240 %, а однажды даже 8000 %. Сотрудникам платили 40 долларов в месяц, когда средняя зарплата по стране едва достигала 15. На пике, по оценкам самого Юфы и некоторых СМИ, бизнес мог приносить до четырёх миллионов долларов в день. Общая капитализация «Меркурия» оценивалась примерно в полмиллиарда долларов — сумма, сравнимая с современной стоимостью крупнейших украинских компаний.
Как «Меркурий» стал первым приватизационным игроком
Важнейший шаг произошёл в 1993–1994 годах. «Меркурий» получил лицензию номер один на работу с приватизационными счетами граждан. Люди несли ваучеры, не понимая их реальной стоимости, а кооператив конвертировал их в конкретные активы. В собственности или под контролем оказались доли ЦУМа, «Детского мира», универмага «Украина» в Киеве, донецкого «Белого лебедя», Киевского молокозавода № 2, Житомирского завода металлоконструкций, Броварского строительного комбината, который сдавал 90 тысяч квадратных метров жилья в год, и ещё более сотни объектов по всей стране.
На Республиканском стадионе работал огромный рынок «Патент». Каждые выходные туда приходило более полумиллиона человек, каждый платил карбованец за вход. первые казино, сеть точек общественного питания, импорт товаров повседневного спроса — всё это создавало ощущение, что «Меркурий» — это уже не просто кооператив, а целая параллельная экономика внутри хаоса.
| Год | Событие | Значение |
|---|---|---|
| начало 1980-х | Служба в Беломорске, автопогрузчик | Первый капитал и квартира в Киеве |
| 1982–1987 | Торговля мороженым и вафельными стаканчиками | Формирование начального капитала и понимание рынка дефицита |
| 1987 | Создание кооператива «Олимп» | Официальный старт предпринимательской империи |
| 1992–1994 | «Меркурий» и приватизация | Пик капитализации ~$500 млн, контроль над десятками объектов |
| 1994 | Выборы в Верховную Раду и бегство | Конец украинской империи Юфы |
| 2015–2018 | Возвращение в Киев | Новый этап после Революции Достоинства |
Давление, граната и отъезд в Израиль
В 1994 году Юфа решил баллотироваться в Верховную Раду. Проиграл Юрию Костенко. Почти сразу после этого ситуация обострилась. Появился шестой отдел МВД (позже УБОЗ), который, по словам самого Юфы, действовал как «бандиты в погонах». Он утверждает, что с обычными криминальными авторитетами можно было договориться, а вот с людьми в погонах — нет.
Возле него на стадионе взорвалась граната. Партнёров убивали. Давление стало невыносимым. Юфа вылетел в Израиль с пятьюстами долларами в кармане. Семью — жену и дочь — отпустили только через девять месяцев. Он получил израильское гражданство по еврейским корням и на долгие годы исчез из украинского информационного поля.
Сам Юфа до сих пор настаивает: на момент его отъезда недвижимость «Меркурия» оценивалась в 23 миллиона долларов, а задолженность перед пайщиками составляла около 514 тысяч. Разница позволяла рассчитаться, продав один-два объекта. Большинство людей, по его словам, деньги получило.
СМИ же называли «Меркурий» крупнейшей финансовой пирамидой Украины и сравнивали Юфу с Сергеем Мавроди. Количество обманутых оценивали от 25 до 40 тысяч человек. Офис в феврале 1995 года осадили разъярённые вкладчики. Дела возбуждали, но до логического завершения они так и не дошли.
Двадцать два года за границей и тихое возвращение
В Израиле Юфа не сидел сложа руки. Он занялся спутниковым интернетом: покупал отслужившие спутники, менял их орбиту и продавал более дешёвый доступ. В лучшие месяцы зарабатывал до 300 тысяч долларов. Параллельно жил в США, Молдове, следил за событиями в Украине. Расстрел Небесной сотни и аннексия Крыма стали для него шоком, после которого он уже не мог оставаться в стороне.
Вернулся он после Революции Достоинства — примерно в 2015–2018 годах, когда старые силовые фигуры потеряли влияние. Восстановил украинский паспорт, поселился в Киеве с семьёй. Публично заявлял: бандитов он никогда не боялся, а вот «менты» были непредсказуемы и беспринципны. Проверил в МВД — уголовных дел против него на тот момент не было.
Сегодня Семен Юфа остаётся фигурой, о которой говорят по-разному. Для одних он — символ дерзкой предпринимательской эпохи, когда человек с улицы мог за несколько лет построить империю. Для других — лицо тех самых 90-х, когда доверие граждан использовалось слишком жёстко. Сам он считает, что построил настоящий кооператив и до сих пор готов отвечать на вопросы бывших пайщиков.
Его путь от автопогрузчика на рыбокомбинате до капитализации в полмиллиарда долларов, от гранаты на стадионе до тишины израильских лет и возвращения домой — это одна из самых полных историй о том, какой на самом деле была Украина в первые годы независимости. Без прикрас, без героизации и без упрощения.